МЕЛЕНЧИХА

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Крестьянская доля

Беда, обрушившаяся на станицу Новокорсунскую в середине лета, открыла миру женщину со сломанной судьбой, по жизни которой проехала телега несчастья. «Ни кола ни двора» – так говорят про людей, на участь которых выпала тяжелая нота, созвучная лишь слову «выживать». Доля ЛИДИИ СТЕПАНОВНЫ МЕЛЕНЧЕНКО в этом мире проста: телку с утра на луг вывести да приглядывать за цыплятами, покуда за дырявую околицу не устремились. На себя внимания обращать не хочет – ибо на что ни взгляни, так слезой окатиться можно. А где ж этих слез набраться-то?

…Мы въезжаем в станицу. Кое-где еще видны отголоски бушевавшего летом града. Но небо уже отдает тихой синью, в воздухе царит аромат зацветших сентябрьских цветов. Свежестью пахнет округа. Лидия Степановна, как и всегда, копошится в своем крохотном импровизированном дворике. Посреди – кирпичная печь, на которой и в зной, и в стужу готовит обед, рядом – небольшая индюшачья оградка, здесь же старинный колодец, вода в котором прошедшими летними месяцами пересохла. Всегда в вязаной старенькой панамке, в домашнем халате, измучанная то ли проходящим днем, то ли уходящей жизнью. В свои 73 года женщина живет в полуразвалившемся сарае, не имея ни тепла, ни родственников. Амбаром это не назвать, да и на времянку маленькая сараюха, покосившаяся от тяжести времени, нисколько не похожа. Можно лишь сравнить с погребом, пережившем немецкие бомбежки в сорок третьем.

– Лидия Степановна, здравствуйте! – стоим с коллегами по газете на тропке, ведущей к ее наискромнейшему жилью.

– О-о-о, Виталий, Юлия, здравствуйте! Вы опять время на меня тратите… – женщина очень скромна. Каждый раз, приезжая к ней, слушаем, как Лидия Степановна жалуется нам на нас же самих. Приходится убеждать, что без своего желания не приехали бы. И каждый раз верит этой простой и важной истине. И на лице ее, таком простом, крестьянском, появляется улыбка.25mel f3

Лидия Степановна угощает яичницей.

Не стестяется теперь, привыкла в нам.

А ведь ноша беднячки досталась от матери Марии Автономовны да отца Степана Кирилловича.

- Мы никогда не жили богато, – говорит она. – Родители крестьянами были, откуда денег взять? Отца редко видела, к тому же я незаконнорожденной была. На свет появилась в хуторе Незаймановском, бабушка роды принимала, там и жили в землянке, дед Автоном Трофимович выстроил. Сенцы были небольшие, окна у самой земли, куры ходили и заглядывали в них. Дед долгое время заменял отца, который жил не с нами, а с другой, тяжелобольной женщиной. Когда она умерла, мы с матерью и переехали в Новокорсунскую.

– Воспитанием занимался дедушка?..

– Мать на работе с утра до ночи была, на ферме разнорабочей. А дедушка дома да дома. Коровка у него была, две овечки, носки из их шерсти пряли, и меня научили… и я в придачу деду досталась! Отец в Корсунке жил с законной женой. На меня времени не было. В 1941 его забрали на фронт, на Малой земле воевал, а в годы послевоенные сирот много осталось, вот они с женой и воспитывали их…

В Новокорсунской Лидия Степановна и Мария Автономовна оказались в 1956 году. Автоном Трофимович, по воспоминаниям внучки, очень сопротивлялся их переезду. Так или иначе, переезд состоялся. Дом, построенный в 1860-х годах зажиточным крестьянином Шапарем, раскулаченным впоследствии, ждал новых хозяев.

Здесь, в станице, Лидия Степановна с медалью окончила десятилетнюю школу, после – устроилась в колхоз на свиноферму. Неоткуда было взяться денежной работе у простой русской крестьянки: коли мать таковой была, отчего и дочке судьбу другую иметь? Проработав год в колхозе, поступила в краснодарский пединститут. Учебу на последнем курсе бросила: станичной школе срочно требовался учитель по математике. Хоть и была Лидия Степановна не математиком, а физиком, на зов о помощи откликнулась. Но с коллегами сработаться не получилось. Стали придираться к одежде.

- Она у меня была самая простая. Мать из своих тряпок перешивала на меня; ну не за что было купить, вот и ходила в одной одежде и зимой, и летом. Начали меня высмеивать, и я ушла. Нищенкой была, в сапогах резиновых ходила, каблуки отваливались, ни купить, ни залатать…

После трех лет работы учителем села на трактор. Здесь же, в станице. А где еще нужна бедная крестьянка, кроме как не на земле, которая взрастила и воспитала ее? Пришлось и курсы механизаторские пройти, да и мать трактористкой была. Трудна была жизнь женщины в годы, пусть и не сраженные войной, но все же окрестившиеся ее тяжестью и разрухой. И на трактор приходилось садиться, и дом выстроить, и соседу помочь… А в помощи Лидия Степановна никогда не отказывала. Вот и фермеру из хутора Красноармейского в 70-е годы согласилась помочь восстановить хозяйство, которое пало после коровьего бруцеллеза. На должности зоотехника, и впрямь не по недополученной специальности, работала до 80-х. После – устроилась химиком на птицефабрику в Новокорсунской. И опять не по специальности – химиком. Судьба, которая, как говорил Автоном Трофимович, дается человеку раз и ведет его до конца, так распоряжалась все время жизнью и работой Лидии Степановны. Но на нее она не жалуется, говорит: что о былом думать? В это время Лидия Меленченко закончила заочное отделение сельхозинститута по экономической специальности...

– С личной жизнью не сложилось?..

– Мать моя одну меня родила. Рано они умерли с отцом. Сама жила, работала, хозяйство вела. Был жених, когда училась, да избили за него. Пошла в кружок самодеятельности, а парень, который понравился, был с музфака, играл на гитаре. Мать пошила цветную юбку, я пошла заниматься. А его пассии организовали мне разбор, приревновали и избили. Решила: никаких больше парней, выбили из меня желание, хоть ради любопытства и ходила в кружок. Я видела, как меня мать из последних сил тянула. Сама бы так не смогла.

В 1956 году умер дед, в 1963 – отец, в 1982 – мать. С тех пор Лидии Степановне жить стало еще труднее. Осталась одна – без единой кровной капли. Корсунский дом, построенный еще в 1860-х, подавал последние стонущие звуки жизни и вскоре рухнул. Многое осталось в нем: и телевизор, и старинная швейная машинка, и много других бытовых вещей, перенести в сараюху которых Лидия Степановна не успела. Счастье, что сама жива осталась и вовремя поняла знаки вскоре свалившегося дома. Сейчас от него осталась небольшая кучка дровишек да железные полоски, которыми застилали крышу. Они и впрямь видом своим подтверждают, что вся эта история не выдуманная, что все материалы ленинских времен – рухнули, как и рухнула советская власть, где-то в 90-е…

На кладбище у родителей и деда Лидия Степановна бывает редко. Не тот возраст, да и сил столько нет, чтобы выкорчевать давно проросшую из земли и уже успевшую основательно укорениться молодую поросль. Предлагаю Меленчихе (так ее прозвали станичники) съездить на погост. И вот мы уже в машине, Лидия Степановна – местный путеводитель. Всю жизнь прожила здесь, в Новокорсунской, чай, не знать ли каждую тропку и каждый куст?25mel f2

Могила деда заросла сиренью, оградка поржавела.

Деревянный крест давно опустился и порос мхом.

Родители похоронены врознь. У отца – оградка, проржавелая от времени, у матери ограды нет. Рвем траву, выносим сухие ветки, палые с вершин замученных людскими слезами деревьев. Прослезилась и Лидия Степановна.

- Простите, что такая непутевая дочь у вас…

Шестидесятидвухлетний деревянный крест деда давно опустился, концы обломались. Вытесанные даты заросли мхом.

25mel f7…Быт у Меленчихи особый – всякий образованный читатель сможет сразу вспомнить семейство Лыковых, о которых написал Василий Песков в «Таежном тупике». Правда, Лидия Степановна цивилизацию не отрицает: пользуется электричеством, водопроводной водой, поскольку колодец пересох… Спичками, в отличие от Агафьи – единственной оставшейся в живых из семьи таежных отшельников, пользуется. А вот готовит – тоже на костре; печь соорудила из кирпичей самостоятельно. В огороде заметил айву, смородину, яблоню и даже инжир. Из хозяйства – телка Марта, три индюшки да с два десятка курей. Была раньше корова Герда (автор ее застал еще этим летом) – огромная скотина, тонны под полторы. Но пришлось сдать ее, молока давала мало, стара стала. Долго горевала Лидия Степановна, ночи не спала.

- Перед тем, как ее увезли, я взглянула ей в глаза. А та-а-ам – слеза с градину! И я как давай - в слезы. Одно с нею всю жизнь прожила. Кот Василий – лекарь мой, - видит, что реву, подойдет, начнет мурлыкать, и я успокаиваюсь. Не так давно появилась новая отдушина – Марта.

Хоть и молода еще, да тянет хозяйку за собой уже уверенно, не боится отхватить. Автору пришлось однажды помогать ее загонять в сарай; скачет, что заяц!

Поставили Лидии Степановне недавно вагончик. Провели электричество, внутри обустроили. Да только скривило его, щели в двери, зимовать, видимо, придется в сараюхе, коли не завалится. Сколько ни обещали главы (и местные, и покрупнее) коммуникации к вагончику провести, все одно: стоит, кособокий, холодный и безводный. К тому же – документов на него нет. Как хозяйка – незаконнорожденная, так и жилье теперь такое же получила.25mel f6

- У меня одна проблема – это тепло. На электричестве я не протяну, пенсии никакой не хватит. А я получаю восемь с половиной тысяч. И как мне с ними быть? Поесть себе купи, живности корма купи. На одну только корову 4 тысячи уходит…

А в сарайке у нее стоит лежанка, дровами топит. В позапрошлую зиму никакого тепла не хватало, так Лидия Степановна бутылки с горячей водой под себя клала. Дверь – не дверь, а щепа, залетай мороз и дождь, живи с хозяйкой, трепи ее. Одно только радует Меленчиху в этом сарае – печь. Как прозимует этот год – большой вопрос.25mel f4

Крохотный импровизированный домик. Открыта дверь в сарай Марты.

Вечером Меленчиха поведет телку домой.

Если бы не стихия, обрушившаяся на станицу этим летом, то никогда бы не узнал я о бедной Меленчихе. К слову, женщина умная и мы теперь часто с коллегами ездим к ней гостевать на часок-другой, а то и не заметим, как полдня пройдет. Все это время она спрашивает, не задерживает ли нас. Но в последнее время свыклась к нам и улыбку на ее лице видим чаще. Все время благодарит за привезенные гостинцы и за общение. А недавно и вовсе написала письмо. Публикуем с сокращением.

«ПОЛЕ НОВОКОРСУНСКОЙ БЕДЫ.

С миру по нитке – голому рубаха.

Русская пословица.

30 июня на станицу Новокорсунскую обрушился сильнейший ураганный смерч. С небес сыпались глыбы льда. Град лежал несколько часов. Погибли овощи, фрукты, побита насмерть птица; крыши домов, хозпостроек и даже стеклопластиковые окна превратились в сплошное месиво. У многих разбиты автомобили. Убытки, причиненные стихией, колоссальны. В помощь населению посланы бригады медиков. Психика людская была глубоко травмирована. На устранение последствий стихии были направлены команды добровольцев из разных районов края.

Не являюсь мастером слова я

И поэзия для меня стезя новая.

Потому не судите меня строго:

Таких, как я, на Руси много.

Однако ж в недрах народных

Еще теплится дух благородный

Предков наших ушедших

И дней безответно прошедших.

Волонтерство, как движение,

Требует к себе глубокого уважения.

Властям не всегда угодные,

Добровольцы они благородные.

Случись беда, как у нас,

Они на «передовой» тот час.

Словом добрым поддержат морально,

А то и помогут материально.

Их напористость зажигает,

Иногда нашу власть возбуждает.

«Гвозди бы делать из этих людей,

Крепче бы не было в мире гвоздей».

***

Мне 73 года. Нужда. Нищета. Безнадега…

У власти обивала годами пороги.

Соцпакет у них есть,

Да не про мою честь.

И вдруг… Как манна с неба свалилась,

Власть зашевелилась!

Мне матпомощь не была оказана;

Но дали вагончик… Что еще может быть сказано?

Огромнейшая благодарность от меня волонтеру Александре Григорьевне (фамилию, к сожалению, не знаю). Это ее стараниям и заботе я обязана буду всю оставшуюся жизнь. Без ее решительных (в рамках закона) и своевременных действий не видать мне даже вагончика.

Героями тех суровых дней нужно назвать и представителей кубанского казачества во главе с районным атаманом Алексеем Викторовичем Мелеховым. Благодаря им мне снесли развалившийся дом. Честь и хвала казакам, нашим доблестным защитникам Отечества.

И еще молодых ребят из газеты «Этаж новостей» во главе с главным редактором Людмилой Владимировной Кушнаренко: Юлю Колесникову, Надю Басманову, Виталия Карнауха, Андрея Михайлова - благодарю за поддержку оптимистического настроя в постстихийный период моей жизни.

А также благодарю помощника районного прокурора Ангелину Владимировну Стажковую за неусыпный контроль над выполнением решения и указания губернатора края Вениамина Ивановича Кондратьева по доставке вагончика.

Спасибо и представителям администрации краевой, районной и местной за обустройство вагончика, а также неравнодушным жителям станицы и района, откликнувшимся на мою беду.

Низкий Вам поклон. Всем, всем, всем, кто помог мне в трудной жизненной ситуации, огромнейшее спасибо. Крепкого здоровья Вам и долгих счастливых лет жизни. Желаю всего того, чего Вы сами желаете себе. И пусть Ваши добрые начинания сбываются.

Август 2018, ст. Новокорсунская, Меленченко Л.С.»

Но как бы не благодарила Лидия Степановна политическую вертикаль, эта зима, кажется, не будет отличаться от тридцати предыдущих: мороз, сарай, печь, бутылки…

– Слишком ли быстро пролетела жизнь?

– Очень быстро. В детстве и юности время медленно шло, а сейчас как один день. Хотелось бы еще пожить. Но с другой стороны – зачем? Нет от меня никакого толка, детей не нарожала…

– Хотели бы вернуться туда, где все начиналось, и исправить жизнь?

– Нет. Зачем? Улеглось так и пусть лежит. Это же нереально… В детство бы вернулась к дедушке. Он был роднее матери. Она часто била меня. Перед ее смертью я спросила: «Мама, а вы помните, как меня били?» Говорит, что помнит. А зачем, спрашиваю? «Злость сгоняла…» Хорошая жизнь? Нет, конечно. Дома нет. А еще должна была рожать детей? Где бы их держала? Вместе бы на бутылках спали?! Так было и такое, что теплая вода в бутылках в лед превращалась. И чем кормила бы? И так перебиваюсь с хлеба на квас. Хорошо, что корова давала молоко. Конечно, грешно перед предками, что не нарожала детей. Но чем бы кормила – тоже непонятно… Сама всю жизнь голодала.25mel f5

И в зной, и в стужу готовит на костре; печь соорудила самостоятельно.

Сама. Всю жизнь. Голодала. И где же набраться слез, чтобы выплакать всю горестную жизнь Лидии Степановны? С сошкой да коромыслом, за баранкой да на ферме – вот и пролетела жизнь, так тяжело и печально, но пролетела здесь, на родной земле, в которой покоятся ныне и дед, и мать с отцом. И не пойдет ведь в другой дом, не согласится на переезд. Будет выживать, как сможет. Вот она, судьба настоящей русской крестьянки. И я встаю на колени, не зная, чем и как помочь старой Меленчихе…

Виталий Карнаух.

Оставьте свой комментарий

Оставить комментарий от имени гостя

0/ 300Ограничение символов
Размер текста должен быть меньше 300 символов
Ваше сообщение будет рассмотрено модератором

    Люди, участвующие в этой беседе

    1 Комментарии | Добавить свои

    logo inverted trans

    352700,  Краснодарский край, г. Тимашевск, ул. Колесникова, 5-а

     : 

    etag.reklama@mail.ru

     : 

    8(86130)4-61-50, 4-43-31

    Яндекс.Метрика